О дораме

Айкава Казуки — тот самый человек, у которого глаза начинают светиться, как только речь заходит о животных. Он вроде бы взрослый мужчина, университетский преподаватель, а ведёт себя порой так, будто весь мир исчезает, стоит ему увидеть хвост, лапы или даже просто интересное поведение какой-нибудь птицы. И вот он приходит работать в университет — по рекомендации профессора Самэдзимы, которого уважает до смешного трепета, — и почти сразу всё идёт не так гладко, как хотелось бы администрации.

Правила? Дисциплина? Да он искренне их не замечает. Не из вредности, а просто… мозг у него переключён на другую волну. Он увлекается, погружается в свои наблюдения, и все эти протоколы и расписания где-то там, далеко, почти в параллельной вселенной. В итоге — ежедневные выговоры, напоминания, вздохи коллег. Казуки всё ещё постоянно опаздывает, откладывает неприятные дела «на потом», которое может наступить разве что в следующей жизни.

Да и лекции у него… скажем так, необычные. Он задаёт студентам вопросы, заставляет их спорить, думать, смотреть на вещи под разными углами. А потом спокойно признаётся, что сам-то тоже не знает «точного» ответа. И судя по лицам студентов, это одновременно сводит их с ума и заражает каким-то странным интересом.

Конечно, коллеги первое время были в полном недоумении. Кто-то раздражался, кто-то держал дистанцию — ну мало ли, какие ещё сюрпризы может выкинуть этот рассеянный энтузиаст, который может забыть про собрание, но прекрасно помнит манеры ухаживания у какой-нибудь редкой лягушки.

Но что удивительно — постепенно он начал менять людей вокруг. Его беззлобная странность, детское любопытство, отсутствие предубеждений будто бы расшатывали их собственные убеждения. Люди привыкли жить в рамках, по привычке, по правилам. А тут был Казуки — человек, который каждый день выбирал интерес вместо удобства, исследование вместо рутины. И, что бы ни говорили о его нелепостях, рядом с ним поневоле начинал смотреть на мир чуть мягче, чуть шире, чуть свободнее.